На главную  |  Полнотекстовый поиск  |  Сайт ГПНТБ России  |  Оформление подписки  |  Архив  |  Раздел для подписчиков

Научные и технические библиотеки №7 2007 год
Содержание:

Сукиасян Э. Р. Мы живем в меняющемся мире. Как развивался наш профессиональный язык за последние 40 лет

Шилов В. В. Материальная ответственность: история с риском (для библиотекаря)

Редькина Н. С., Кулева О. В., Толкунова Г. Л. Информационно-технологическое сопровождение библиотечной деятельности

Доценко О. Ф. Деятельность библиотеки по организации самостоятельной работы студентов

Дрозд О. М., Астапович Л. Л., Грядовкина М. Ю. Внедрение национального коммуникативного формата BELMARC в работу ЦНБ им. Я. Коласа Национальной академии наук Беларуси

ЭЛЕМЕНТЫ СОВРЕМЕННОЙ ИНФОРМАЦИОННОЙ ТЕХНОЛОГИИ

Воройский Ф. С. Сетевые технологии нового поколения

НАША ПРОФЕССИЯ

Пашин А. И. Основные черты профессии

МЕЖДУНАРОДНОЕ СОТРУДНИЧЕСТВО

«Библиотечное дело, информационные системы и образование в США». (Обзор программы библиотечно-информационных и научно-образовательных мероприятий, организуемых ГПНТБ России и МБИАЦ)

К 50-летию ГПНТБ РОССИИ

Петровский В. Б. Текущая библиографическая информация по экономике как составная часть научной поддержки национальных программ

ОБЗОРЫ. РЕЦЕНЗИИ

Столяров Ю. Н. Библиографический указатель к 100-летию Веры Александровны Артисевич

Коготков Д. Я. Монография о постсоветском студенчестве

Ляшенко Т. В. Технологический подход к деятельности библиотек: теория и практика

ЮБИЛЕИ

Антонова С. Г. Поздравляем с юбилеем! (К 60-летию Ю. П. Мелентьевой)

Иванова Е. В. День рождения Института

Амеличкина Л. И. От начала путь далек. (К 35-летию научной библиотеки Орловского государственного института культуры и искусств)

НАШИ АВТОРЫ


УДК 801

УДК 025.1

В. В. Шилов

Материальная ответственность: история с риском
(для библиотекаря)

Рассмотрен вопрос о материальной ответственности библиотекарей. По мнению автора, в сфере библиотечного обслуживания риск утраты документов из библиотечного фонда не только вероятен, но и очевиден.

Сохранение рукотворных материальных ценностей, их разумное использование – одна из важнейших социальных задач, в частности, когда речь идет о документированной информации, о библиотечных фондах, о документах – памятниках культуры и истории. Роль «человеческого фактора» в выполнении этой задачи невозможно переоценить. Это не только личность библиотекаря – хранителя фондов, но и библиотечный коллектив, не только работники, но и работодатели, не только исполнители, но и управленцы и т.д. Все они действуют в тех условиях материально-технического оснащения и финансового обеспечения, которые не всегда зависят от их воли и представляют собой объективно существующий фактор.

Технология обеспечения сохранности библиотечных фондов – совокупность методов, основанных на достижениях науки и техники в самых различных областях деятельности, – требует от библиотечных работников высокой квалификации, специальных знаний, умений и навыков, высокого уровня организации технологических процессов, протекающих при участии значительного числа работников. Распределение ответственности за сохранение фондов – сложнейшая проблема управления. Неверное её решение – это и конфликты в профессиональном коллективе, и ломка личных судеб, и в конечном счёте создание ситуации, при которой поставленная цель не достигается. Как эта проблема решается в правовом поле?

В российском законодательстве термин нормальный хозяйственный риск употребляется, но формулировка соответствующего понятия отсутствует. Непосредственно в библиотечном законодательстве не только не используется этот термин, но и не прописаны предпосылки, указывающие на возможность и необходимость применения соответствующей правовой нормы.

Понятие риска в общеупотребительном значении означает невосполнимую утрату каких-либо полезных ресурсов, не обязательно материальных (например потеря авторитета), как следствие каких-либо решений (управленческих, научных, вплоть до житейских), сопровождающихся соответствующими действиями либо бездействием.

Хозяйственный риск возможен при любой хозяйственной деятельности. Нормальным он может считаться при разумной хозяйственной деятельности.

Нормальный хозяйственный риск должен быть обоснован. Это отличает его от необоснованных решений, принятых руководителем ради выполнения хозяйственных обязательств любой ценой. Обоснованность решения представляется как учёт всех факторов, которые могут положительно и отрицательно повлиять на достижение нужного результата. Если при оценке ситуации отмечено превалирование отрицательных факторов, но они не приняты во внимание, то решение можно назвать необоснованным.

В практике хозяйственной деятельности имеются явления или случаи, которые принято связывать с фактором оправданного, или нормального, хозяйственного риска:

1) объект риска – материальные факторы, а не жизнь и здоровье людей;

2) действия соответствуют современным знаниям и опыту;

3) возможность наступления вредных последствий вероятна, но не очевидна;

4) результат не может быть достигнут иначе, как только действиями, связанными с риском.

Нормальный хозяйственный риск может сопровождать внедрение новшеств, изобретений. Право на риск признается за работником со специальной профессиональной подготовкой.

Все эти соображения применимы и к библиотечному учреждению как хозяйственному механизму. Более того, они применимы и к таким важнейшим для библиотеки процессам, как комплектование и использование библиотечного фонда.

Комплектование связано с риском: могут быть отобраны непрофильные издания, заказано избыточное число экземпляров, превышающее практическую необходимость удовлетворения читательского спроса. Риск состоит в затратах излишних средств, библиотечного труда на разных операциях с непрофильными изданиями и лишними экземплярами, на поиск библиотеки, согласной принять эти документы. Понапрасну использованные финансы не затрачены на покупку действительно нужных пользователям библиотеки изданий, а это уменьшает книговыдачу, что в особенности болезненно, если объём финансирования рассчитывается по этому показателю.

Опираясь на библиотечную практику, можно утверждать, что любой способ предоставления документов из фонда в пользование связан с нормальным хозяйственным риском. В сфере библиотечного обслуживания риск не только вероятен, но и очевиден. Вероятность риска можно рассчитать – на этой основе создаются нормативы. В своё время были рассчитаны допустимая доля непрофильных документов в текущем комплектовании (0,45% от объёма текущих поступлений), допустимая величина недостачи в библиотечном фонде, открытом для свободного доступа пользователей (≈0,02 р./выд, т.е. 2 копейки на каждую книговыдачу).

Статья 239 Трудового кодекса Российской Федерации от 30 дек. 2001 г. № 197-ФЗ гласит: «Материальная ответственность работника исключается в случаях возникновения ущерба вследствие непреодолимой силы, нормального хозяйственного риска, крайней необходимости или необходимой обороны либо неисполнения работодателем обязанности по обеспечению работодателем надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику».

Основная особенность библиотечного труда как особой сферы использования материальных ценностей состоит в том, что эти материальные ценности представляют собой документированную информацию, актуальность которой для пользователей предстоит определять непосредственно самим пользователям. Прежде чем запросить тот или иной документ (оформить на себя его выдачу из библиотечного фонда), пользователи подчас вынуждены предварительно ознакомиться с содержанием ряда документов как источников потенциально ценной для них информации, т.е. оформлению выдачи конкретного документа предшествует просмотр документов без оформления выдачи – такова организационно-технологическая особенность обслуживания пользователей методом открытого доступа к фонду.

Цель подобной организации обслуживания сводится к обеспечению пользователю возможности оценить вероятность получения необходимой информации непосредственно из первичных источников, следовательно, с большей степенью полноты, точности, оперативности, комфортности. Для библиотеки это означает, с одной стороны, увеличение основных показателей использования фонда, основанное на большей привлекательности условий обслуживания, с другой – риск утраты части фонда, причем конкретный виновник утраты не может быть найден.

Обстоятельством, характеризующим сферу библиотечного обслуживания, является именно предоставление вверенных на сохранение библиотечному работнику ценностей, во временное пользование посетителям библиотеки при полной невозможности проконтролировать все особенности использования выданных документов. Риск полной или частичной утраты используемых документов – это характерная черта библиотечного обслуживания. Без выдачи документов пользователям библиотека утрачивает своё основное типообразующее свойство.

Библиотекари с многолетним (и не обязательно многолетним) опытом работы в сфере библиотечного обслуживания могут привести немало примеров, когда, несмотря на все известные меры предосторожности, из фондов исчезают документы по так называемым неустановленным причинам, а издания, выданные читателям, возвращаются изрядно подпорченными, что обнаруживается спустя некоторое время после возврата. Задача администрации заключается в том, чтобы минимизировать эти риски. В отношении фондов редких и ценных изданий риск должен быть сведён к нулю – эти фонды не подлежат открытому доступу. Но полная ликвидация риска возможна только теоретически.

Рассмотрим одну из возможных мер минимизации рисков утраты – заключение между администрацией библиотеки и руководителем структурного подразделения письменного договора о материальной ответственности за несохранение библиотечного фонда.

Независимо от того, как решает этот вопрос законодатель, надо признать, что ответственность за общую организацию работы с библиотечным фондом даже в условиях его коллективного использования как абонентами библиотеки, так и сотрудниками несет персонально руководитель. Он отвечает за правильность технологических, организационных решений; от него во многом зависит микроклимат в производственном коллективе. Желание администрации (если таковое проявляется) возложить именно на руководителя структурного подразделения ответственность за утраты в библиотечном фонде объяснимо психологически. Именно психология может заставить администрацию трактовать статью 19.6 Кодекса РФ об административных правонарушениях от 23.12.2003 г. № 185-ФЗ – «Непринятие мер по устранению причин и условий, способствовавших совершению административного правонарушения», само по себе является административным нарушением – особенным образом, т.е. заставить работника под страхом увольнения заключить с администрацией письменный договор о полной индивидуальной материальной ответственности. Конечно, если считать, что такая мера обеспечит сохранность фонда!

Основой решения споров о материальной ответственности библиотечных работников является законодательство Российской Федерации о труде: Трудовой кодекс Российской Федерации и постановления органов исполнительной власти.

С 1977 г. действует Положение о материальной ответственности, утвержденное Указом Президиума Верховного Совета СССР от 13 июля 1976 г. Письмо Министерства культуры СССР и ЦК профсоюза работников культуры «О материальной ответственности библиотечных работников» от 17 июля 1987 г. № 29-69 обратило внимание органов культуры и руководителей библиотек на то, что при обнаружении недостачи в библиотечном фонде они должны руководствоваться Положением в редакции Указа Президиума Верховного Совета СССР от 19 мая 1986 г.

Положение определяло порядок утверждения списков должностей и видов работ, которые разрешали администрациям предприятий, учреждений и организаций заключать с работниками договоры о полной материальной ответственности: индивидуальной – п. 11 или коллективной (бригадной) – п. 12. Соответствующие перечни были утверждены постановлениями Госкомтруда и Секретариата ВЦСПС: от 28 дек. 1977 г. № 447/24 (о полной индивидуальной материальной ответственности) и от 14 сент. 1981 г. № 259/16-59 (о коллективной-бригадной – материальной ответственности).

Постановление № 447/24 (1977 г.) сопровождалось списком, состоявшим из двух частей. В первой перечислены должности, занимаемые работниками, с которыми могли заключаться письменные договоры о “полной (подразумевается – индивидуальной) материальной ответственности за необеспечение сохранности имущества и других ценностей, переданных ему (работнику) для хранения”. Наименование какой-либо должности сопровождалось указанием на сферу деятельности. Примеры: заведующие магазинами, заведующие предприятиями общепита и т.д. В этом списке нет библиотечных работников.

Следовало (и следует сейчас) обратить внимание на один из первых абзацев первого списка: «Старшие контролёры-кассиры и контролёры-кассиры, <×××>, а также другие работники, выполняющие обязанности кассиров», т. е. занимающие данные должности, могут заключать договоры о полной материальной ответственности. В их число входят, по умолчанию, библиотечные работники, принимающие от пользователей деньги в счет уплаты назначенной стоимости утраченных пользователями документов, принадлежащих библиотеке.

Во второй части списка перечислялись работы, выполняемые сотрудниками, с которыми могли быть заключены договоры о полной материальной ответственности за необеспечение сохранности ценностей, переданных им для хранения, обработки, продажи (отпуска), перевозки или применения в процессе производства. Имея в виду библиотечную сферу, можно было бы добавить: «в процессе предоставления читателям во временное пользование документов из библиотечных фондов», но не добавлено! В данном списке не указан ни один вид библиотечной деятельности, ни один участок, который определял бы специфику работы библиотечного учреждения с библиотечным фондом, а именно сохранение документов в фонде при условии их использования читателями.

Определенную путаницу могла создать обозначенная в перечне следующая рубрика: «Работы: по приёму от населения предметов культурно-бытового назначения и других материальных ценностей на хранение, в ремонт <×××>, по выдаче напрокат предметов культурно-бытового назначения». Но документы из состава библиотечного фонда не относятся к предметам культурно-бытового назначения. В контексте данной рубрики речь идет не о библиотеках, а о предприятиях бытового обслуживания: ателье ремонта, пунктах проката, ломбардах и т.п.

Постановление № 259/16-59 (1981 г.) ввело «Перечень работ, при выполнении которых может вводиться коллективная (бригадная) материальная ответственность». Особенность и этого перечня такова, что наименование какой-либо операции сопровождалось указанием на сферу её осуществления. Пример: работы «по приёму на хранение, обработке, хранению, отпуску материальных ценностей на складах, базах (нефтебазах), автозаправочных станциях» и т.д. Нужно иметь большую способность к воображению, чтобы отнести книговыдачу из библиотечного фонда к рубрике «продажа (отпуск) товаров (продукции) <×××> независимо от форм торговли и профиля предприятия (организации)». Термин отпуск употреблён в совершенно конкретном смысле: передача для такого использования, которое не подразумевает возврат ценностей (ввиду переработки, использования в качестве комплектующих изделий и т.п.).

Таким образом, законодательство о труде, существовавшее до недавнего времени, не предусматривало права библиотечной администрации заключать письменные договоры о полной индивидуальной материальной ответственности за необеспечение сохранности фондов с библиотечными работниками, выполняющими работы по хранению, обработке, перемещению или хранению документных фондов, переданных им на хранение и т.д. Не предусматривалось прежним законодательством и заключение письменных договоров о коллективной (бригадной) материальной ответственности за недостачу в библиотечных фондах. Небольшой опрос, который нам удалось провести в конце 2000 г., показал определенный скептицизм во мнениях библиотекарей относительно целесообразности применения бригадной ответственности в библиотечных работах.

Постановлением Министерства труда и социального развития РФ от 31 дек. 2002 г. № 85 перечисленные выше акты Госкомтруда и Секретариата ВЦСПС отменены. Этим же постановлением утверждены пересмотренные перечни должностей и работ, предусматривающих право работодателей заключать письменные договоры с работниками о материальной ответственности: за недостачу вверенного имущества – полной индивидуальной (приложение № 1); коллективной (бригадной) (приложение № 3).

Как говорят некоторые юристы, – данные перечни «впечатляют». Без сомнения, то же самое могут сказать и библиотечные работники. Юрист Р. Нечаев в своей консультации [1] сделал вывод о том, что работодатель вправе заключить договор о полной материальной ответственности, например, с заведующим библиотекой учебного заведения. При этом консультант сослался на одну из рубрик Приложения 1 (список 1), приведя её в сокращённом виде: «<×××> заведующие организациями и подразделениями по <×××> хранению, учёту и выдаче материальных ценностей <×××>». Надо же так умело сократить, чтобы, избавившись от «излишней» конкретики, придать рубрике обобщающий смысл планетарного масштаба! Прочитайте рубрику целиком: руководители складов, кладовых, ломбардов, заготпунктов, коменданты зданий, кастелянши, экспедиторы... Совершенно определённая сфера деятельности, не имеющая никакого отношения к выдаче читателям во временное пользование документов из библиотечных фондов. Анализируя оба перечня Постановления № 85 (2002 г.), видим, что рубрикация построена по тому же принципу, что и прежние (отменённые) перечни 1977 и 1981 гг. – по принадлежности к определённым сферам деятельности. Вот ещё пример: рубрика «Заведующие и иные руководители аптечных и иных фармацевтических организаций, отделов, пунктов и иных подразделений, их заместители, провизоры, технологи, фармацевты».

В подтверждение своей позиции Р. Нечаев процитировал статью 243 Трудового кодекса, где перечислены случаи возложения на работника материальной ответственности в полном размере. Это настолько любопытно, что кратко опишу эти случаи, пытаясь наложить на них ситуацию с библиотечными фондами, предоставляемыми в пользование читателям:

ущерб причинён работодателю при исполнении работником своих трудовых обязанностей либо, напротив, при не исполнении таковых;

<×××> недостача ценностей, полученных по разовому поручению;

ущерб причинён в состоянии опьянения;

преступные действия работника;

административный проступок;

разглашение сведений, составляющих охраняемую законом тайну.

Не ясно ли, что во всех перечисленных случаях на любого работника налагается полная индивидуальная материальная ответственность независимо от того, заключён ли с ним письменный договор? Например, не имеют отношения к проблеме письменного договора о полной материальной ответственности за сохранение библиотечного фонда «разовые поручения», по которым экспедиторы доставляют книги из магазинов в библиотеки. Близкое отношение к ситуации с библиотечным фондом имеет пропущенная выше часть второго пункта: недостача ценностей, вручённых работнику на основании специального письменного договора. Эту норму юрист Н. Теплинская прокомментировала следующим образом: «Работник, заключивший с организацией договор об индивидуальной ответственности, несёт полную ответственность за сохранность того имущества, которое он лично получил по отчётному документу (даже, если порой [!] к этому имуществу имеют доступ и другие лица)»(выделено мною. – В. Ш.) [2]. Не ясно ли, что работники, занятые работой с библиотечным фондом, имеют к нему доступ отнюдь не «порой». Эта деятельность для них является повседневной, если хотите, рутинной – охарактеризовать её как эпизодическую или даже систематическую было бы неправильно.

Между тем в том же списке 1 приложения № 1 к Постановлению № 85 (2002 г.) появилось, в отличие от аналогичного списка 1977 г., прямое указание на одну из библиотечных должностей. Вот соответствующая рубрика: «Лаборанты, методисты кафедр, деканатов...» и (внимание!) «заведующие секторами библиотек». Более чем странное соседство, с одной стороны, методистов и лаборантов кафедр, за плечами которых стоит шкаф с лабораторными принадлежностями или учебно-методическими пособиями, с другой – заведующих структурными подразделениями (секторами) библиотек, отвечающих за сохранность фондов с немалым числом, допустим, ценных и редких изданий, организующих работу с фондом коллектива сотрудников. И почему именно так конкретно: «заведующие секторами»? А как быть, например, с теми же заведующими библиотеками-филиалами, заведующими техническими библиотеками на предприятиях и т.д., и т.п.? А вот так, как поступил юрист Р. Нечаев (см. выше): предпочёл не ссылаться на эту рубрику.

Обязана ли администрация требовать от работника согласия на заключение договора о полной материальной ответственности? Обращаем внимание на формулировку заглавия «Перечня»: «...Работодатель может заключать письменные договоры...», т.е. может, но не обязан заключать договоры о полной материальной ответственности. Совершенно очевидно, что решение вопроса о необходимости заключения такого договора зависит от конкретных условий, в которых протекает трудовой процесс.

Вопрос, почему появилась рубрика, а в ней – должность заведующего сектором библиотеки, следует адресовать соответствующему министерству. Я только обращаю внимание на то, что рубрика появилась вслед за принятием «Национальной программы сохранения библиотечных фондов Российской Федерации» (Приказ Министерства культуры РФ от 13 сент. 2000 г. № 540). Одной из задач Программы было обозначено «Обеспечение нормативных условий хранения библиотечных фондов», а среди намеченных результатов числились «Подготовка предложений и внесение изменений в соответствующие законные и подзаконные акты» [3. С. 224] и разработка юридической базы как «эффективного механизма привлечения к ответственности лиц, нанесших ущерб библиотечным фондам» (выделено мною. – В. Ш.) [там же. С. 233].

Конкретным проектом Программы предусматривалось создание системы нормативно-правовых документов в сфере сохранения библиотечных фондов в процессе их использования. Перечень ожидаемых результатов, однако, сузил задачу до «определения норм для использования документов». Здесь имелись в виду предельные показатели использования документов как отдельных объектов в ряде частных случаев использования: допустимое число ксерокопий, максимально допустимая освещённость при съёмке, продолжительность экспонирования на выставках и т.п. – вещи сами по себе важные и нужные. Ни в одном проекте не назван аспект нормирования сохранности фонда в процессе его использования в целом. Соответственно, Программа обошла вниманием проблему нормирования недостачи (т.е. отсутствия объектов учёта, выявленного при инвентарной проверке фонда, когда конкретный виновник недостачи не установлен).

Парадоксальность ситуации заключается в том, что ущерб фондам могут нанести пользователи, а полная материальная ответственность за сохранность библиотечного фонда может быть возложена на должностных лиц – руководителей структурных подразделений, которые, как говорится, «плохо смотрели». Сегодня это только заведующие секторами, но завтра неудачная формулировка в подзаконном акте может быть «исправлена» путём расширения списка должностей, причём таким образом, что введут отдельную рубрику, имеющую отношение именно к сфере библиотечного обслуживания. Вопрос в том, достаточно ли для обеспечения сохранности того, чтобы заведующие, независимо от их статуса, «хорошо смотрели».

Рассмотрим, как законодательно обеспечена защита фондов сегодня, в условиях постоянно действующего фактора риска утраты ценнейших фондов, прежде всего Федеральным законом РФ «О библиотечном деле» (1994 г.).

Согласно п. 3 статьи 12 «Обязанности библиотек» библиотеки, имеющие в своих фондах «особо значимые издания и коллекции, отнесённые к памятникам культуры и истории, обеспечивают их сохранность <×××>». Как именно обеспечивают? Статья 13 указывает, что режим хранения и использования документов, отнесённых к памятникам культуры и истории, «определяется» в соответствии с действующим законодательством. Статья 16 Закона уточняет: «Библиотечные фонды, отнесённые к памятникам истории и культуры, находятся на особом режиме охраны, хранения и использования в соответствии с законодательством Российской Федерации» (выделено мною. – В. Ш.). Термин особый режим охраны и использования фигурирует также и в статье 17 Закона.

Несмотря на многократное употребление термина особый режим в Законе нет статьи, перечисляющей признаки или критерии, требования, выполнение которых позволяет считать режим хранения и использования именно особым. Тем не менее, согласно статье 15, государство должно обеспечивать «регистрацию и контроль за соблюдением особого режима хранения и использования библиотечных фондов, отнесённых к культурному достоянию народов Российской Федерации». Видимо, законодатели полагали, что критерии особого режима – предмет специального законодательства. Однако сегодня не существует соответствующего закона, т.е. государство должно контролировать то, о чём полного понятия пока ещё не выработало законодательно.

Разумеется, некоторые важные аспекты режима хранения предусмотрены Законом 1994 г. Обеспечение сохранности начинается с учёта: библиотеки несут ответственность за своевременный учёт памятников культуры и истории в сводных каталогах, в автоматизированных базах данных
(п. 3 ст. 12). Предупреждено и разбазаривание ценностей: «библиотеки <×××> не имеют права списывать и реализовывать документы, отнесённые к памятникам истории и культуры» (п. 11 ст. 13).

Библиотечная практика (и практика архивного дела) показывает, что полное описание так называемого особого режима сохранения и использования документов – памятников культуры и истории закрепить законодательно – вещь невозможная, так как зависит от постоянно изменяющихся факторов в обширном ряде различных сфер деятельности, от уровня развития технических средств. Это оказалось не под силу даже Национальной программе сохранения библиотечных фондов Российской Федерации, состоящей из семи подпрограмм, предусматривающих многообразные мероприятия от отбора документов, подлежащих консервации, и технического оснащения библиотек до наведения порядка в учёте и решения кадровых проблем [1].

Выделим те разделы Программы, которые имеют прямое отношение к интересующей нас проблеме: ответственности библиотечного работника за сохранность вверенных ему фондов в условиях постоянно действующего фактора риска утраты фондов. Подпрограмма «Сохранение книжных фондов в процессе их использования» называет следующие аспекты проблемы (приведены не всегда дословно):

  • технологический (организация использования);
  • правовой (ужесточение ответственности за посягательства на целостность документа и на документ как собственность);
  • нормативный (предотвращение необратимых разрушающих изменений);
  • технический (обеспечение библиотек техническими средствами защиты).

Технологическое обеспечение сохранности документов-памятников в процессе использования требует, как указывают составители подпрограммы, контроля (добавлю – непрерывного контроля. – В. Ш.) за наличием и состоянием документа на всех этапах его перемещения. Но осуществить подобный контроль можно «только в помещении библиотеки или под наблюдением специалистов за её пределами (выездные выставки и т.п.)». Документы-памятники, относящиеся к высшей категории сохранности «требуют визуального контроля со стороны библиотекаря за работой читателя с документом, что может быть достигнуто выдачей экземпляра только в специализированном читальном зале» [1. С. 232].

Теперь допустим, что в структурном подразделении некой библиотеки имеются фонд уникальных документов (редких книг) и при нём специализированный читальный зал. Во главе подразделения – заведующий (должностное лицо), на которого возложена полная (индивидуальная) ответственность за обеспечение сохранности документов в фонде.

Штатное расписание подразделения, конечно, предусматривает наличие исполнителей на соответствующих участках и операциях. Если даже заведующий лично отвечает за сохранность, это не означает, что он должен сам проделывать все операции, входящие в регламент работы с фондом. Доброкачественное исполнение различных работ – предмет заботы разных служб библиотеки, уровень технического обслуживания технологических циклов во многом зависит от финансирования библиотеки. Следовательно, за обеспечение сохранности фондов библиотеки, в частности одного из её фондов, несут ответственность администрация библиотеки и её учредитель. Вы скажете, что требование полной (индивидуальной) материальной ответственности заведующего подразделением доводится мною до абсурда? Но у меня нет другого способа по мере сил воспрепятствовать превращению в привычку исполнение абсурдного нормативного требования, как только довести его до абсурда.

Вывод. Администрация библиотеки и ее учредитель обязаны организовать полномасштабный комплекс мер по обеспечению сохранности особо ценных фондов библиотеки. Заключение договора с работником фонда о полной материальной ответственности является вторичной и необязательной мерой. Само по себе наличие договора о полной материальной ответственности не обеспечивает сохранность фонда, если для этого в полном объёме не созданы технические и организационные условия и, соответственно, не устранены причины, способствующие совершению административных нарушений в области охраны фонда.

Минимальный перечень мероприятий, необходимых для обеспечения сохранности фонда наиболее ценных и редких изданий:

отдельный инвентарный учёт;

полное исключение открытого доступа пользователей к фонду;

обеспечение полной информированности пользователей о правилах пользования фондом и их ответственности за нарушение этих правил;

наличие нормативно-правовой документации о порядке формирования фонда, обеспечения его сохранности, о порядке его использования;

соответствующее современному уровню техническое обеспечение охраны помещения в целом и отдельных изданий в составе фонда;

наличие должностной инструкции заведующего и в ней пункта, заимствованного из типового договора: «Своевременно сообщать администрации библиотеки о всех обстоятельствах, угрожающих обеспечению сохранности вверенного ему документного фонда».

Если ничего из перечисленного не сделано, фондам библиотеки может быть нанесён серьёзный урон. По статье 277 Трудового кодекса полную материальную ответственность за прямой действительный ущерб, причиненный организации, несёт руководитель организации, причём эта ответственность наступает с момента назначения руководителя на должность, что и отличает статью 277 от статьи 243, где материальная ответственность может быть возложена или не возложена в трудовом договоре.

Следует задаться вопросом: существующий уровень охраны фонда действительно таков, что полностью исключён хозяйственный риск при работе с данным объектом охраны и только действия единственного должностного лица, с которым администрация библиотеки намеревается заключить договор о полной индивидуальной материальной ответственности, способны предотвратить утрату изданий?

Список использованных источников

1. Нечаев Р. Материальная ответственность библиотекарей: нововведения // Независимый библиотечный адвокат. – 2003. – № 2. – С. 73–78.

2. Теплинская Н. Договор о материальной ответственности // Складские технологии. – 2005. – № 5. – С. 36–48.

3. Национальная программа сохранения библиотечных фондов Российской Федерации // Библиотека и закон : юрид. журн.-спр. – 2000. – Вып. 2 (11). – С. 86–248.


  
На главную  |  Полнотекстовый поиск  |  Сайт ГПНТБ России  |  Оформление подписки  |  Архив  |  Раздел для подписчиков